Расскажите о бренде «Тело х Душа». Что это за проект и как родилось его название?
Этот проект задумывался мной и Дианой Вишневой для репетиций балета. Потом оказалось, что эта одежда очень удобна для людей, которые занимаются спортом, фитнесом, йогой. Она очень ноская, хорошо передает форму тела, она правильная – тело погружается в хорошо дышащий корсет, в котором удобно поднимать руки, ноги, скручивать свой позвоночник как угодно. И за ней очень легко ухаживать, она просто стирается, не теряет форму, не утрачивает свои качества. Для названия я сначала взяла две буквы наших с Дианой имен, а потом посмотрела, что больше подходит к нашей идее. И оказалось, что очень хорошо подходят «тело» и «душа». Потому что тело без души это, как известно, труп.
На St. Petersburg Fashion Week сезона осень-зима 2019/20 сразу за коллекцией «They» от Модного дома TATYANA PARFIONOVA шел показ новой коллекции «Тело х Душа». Это было сделано намеренно?
Просто до этого коллекция «They» была показана только в Москве, и я решила представить ее в Петербурге, а также поддержать St. Petersburg Fashion Week, так как считаю, что это просто прекрасная, абсолютно рафинированная, европейская, очень хорошо сделанная неделя моды. И ее арт-директор Никита Кондрушенко – мой друг. Поэтому я решила показать там «They». Но основная история была за брендом «Тело Х Душа». Я в прошлом году показывала на этой же неделе первую коллекцию марки – на прима-балеринах из Михайловского, театра Эйфмана, Мариинки, девочках из кордебалета и нескольких балеринах из студии Дианы Вишнёвой «Контекст». А в позапрошлом году мы представили там «Home» – линию для дома, тоже для спорта, но для такого мягкого, умеренного, домашнего. В этот раз мы показали линию «Тело х Душа» для йоги. Там были замечательные тренеры из студии Hot Yoga 36, и вообще царила удивительная атмосфера. Когда закончился показ, в зале наступила такая, негнетущая, тишина. Было очень здорово.
Женская одежда из коллекции «They», как и из «Двенадцатой ночи», показанной весной 2012 года, демонстрировалась на мужчинах. О чем этот ваш манифест?
В коллекции «Двенадцатая ночь» я рассказывала о том, что женский и мужской гардероб имеет один корень. Женщина всегда идет по стопам мужчины, потому что практически все вещи, которые она носит, заимствованы из мужского гардероба. И этой коллекцией я говорила о том, что настанет время, когда вещи будут общими. Это уже, собственно, происходит. И когда девушка утром надевает рубашку своего друга, в этом нет ничего страшного, – это прекрасно. Есть огромное количество общих вещей, которых становится все больше и больше – свитшоты, худи и т. д. Конечно, обывателю сложно представить мужчину в колготках и шортах, но ведь мужские колготки уже есть! Я не за то, чтобы мужчины одевались, как женщины, или женщины – как мужчины. Я за то, чтобы люди были свободными и надевали то, что им нравится, что они хотят, – чтобы они выражали себя.
Если позволите, хотелось бы высказать свое мнение по поводу двух этих коллекций. «Двенадцатая ночь» точно попадала в цель, это было очень круто и позитивно. А коллекция «They» вызывает у меня двоякое чувство. С одной стороны, показ женской одежды на мужчинах в 2019 году смотрится довольно архаично. С другой, – если говорить о «теле и душе», то вы как бы вывернули тело на изнанку, показали каркас, на котором держится одежда – я имею в виду изображения человеческих костей на вещах…
Если в «Двенадцатой ночи» мужчины были нейтральными, милыми, юными, то в «They» они агрессивно мужественные, при макияже и завитых кудрях, что только подчеркнуло их брутальность. Вот эти мышцы, черный цвет, кости – это очень эмоционально. Я думаю, что нашу коллекцию было очень сложно принимать, особенно на контрасте с лиричными, даже романтичными показами Недели моды в Москве…
Но почему в качестве моделей для этой истории вы выбрали именно мужчин?
Знаете, после довольно продолжительного «цветочного периода» – я сделала четыре коллекции про цветы – мне хотелось показать, из чего, собственно, растут эти цветы. А растут они из земли, где закопаны кости. И вся наша женская суть – она ведь из мужского ребра. И это так красиво. Женщина это тот «секрет», который из цветов и бусинок – его погружают в черную землю и накрывают стеклышком. И в какой-то момент можешь его открыть, посмотреть, удивиться красоте и опять спрятать в земле. Ну знаете, как в детстве «секреты» делают: ты никому не говори, я сейчас тебе покажу, где он зарыт. (Смеется). Мужчина это наша почва, это наше всё, продолжение нашей жизни…
Когда я смотрел эту коллекцию, поймал себя на мысли, что вдруг очутился в анатомическом театре – как будто наблюдаешь за театрализованном вскрытием…
Правильно, так и должно быть.
Вам интересно тело как объект исследования?
С точки зрения конструирования – нет. С точки зрения ношения вещей – я всегда радуюсь, когда люди легко и весело носят вещи и гармонично в них живут. В этом случае и стройные хороши, и полные женщины энергичны… Как можно отделить энергию, которая исходит от живого человека, от его тела? Есть люди такие гармоничные… И когда с ним разговариваешь, даже если человек невероятно красиво одет, то все равно через какое-то время больше помнишь, о чем шла речь и как было интересно, нежели что было на нем надето. А если после общения с человеком помнишь только его одежду, то, в общем, ты потратил время зря.
Можно сказать, что «They» это ваш сеанс психотерапии?
Нет. Я вообще все коллекции делаю очень легко. У меня всегда в голове есть несколько тем, которыми я внутри себя манипулирую, выбирая какую-то одну. Вот этот выбор и есть тот процесс, который меня увлекает. Допустим, я беру тему «мебель». Как ее можно отразить в костюме? Легко. Это и архитектура малых форм, и такая история как «человек-мебель», на эту тему можно посмотреть абсолютно со всех сторон и понять, что она будет иметь невероятный интерес – начиная с тканей, которые похожи на обивку, декора, который похож на резьбу и т. д. И таких тем просто огромное количество…
Для меня нет абстрактного человека, для меня человек конкретен. К абстрактному человеку не испытываю любви, а к конкретному могу испытывать разные чувства.
То есть, создавая коллекцию, вы представляете себе вполне конкретного человека?
Да. Я представляю конкретного человека. И неизвестно, будет ли он клиентом Дома, будет ли покупать эти вещи. Если бы я делала свои коллекции, рассчитывая только на тех людей, которых знаю, и на пополнение их гардероба, – это была бы совсем другая история модного дома. Не было бы неожиданности в том, что я покажу. Получился бы просто шкаф среднестатистического клиента модного дома. Но у меня нет среднестатистических клиентов. Они все разные.
В следующем году вашему модному дому исполнится 25 лет. Как изменились клиенты за это время?
Некоторые повзрослели значительно, некоторые выросли с малышей до женщин, замуж вышли, уже имеют собственных детей, некоторые превратились в элегантных, совершенно потрясающих старух. Я считаю, что это очень здорово. Вообще, нашего клиента одним словом никаким образом не охарактеризовать… Они все очень крутые, понимаете, прямо вот такие самодостаточные. Они могут быть не уверены в себе, но они уверены в деле, которым занимаются. Могут быть трогательными, робкими, но при этом ворочать империями. Я считаю, что это просто исключительные люди.
Но как вы воспринимаете тело клиента?
Тело в нашей профессии имеет слово «размер». Поскольку конструирование в Доме высочайшего уровня, у нас оригинальный метод, то размер тела практически не имеет значения. Личное дело каждого человека – заниматься своим телом или нет. Я считаю, что человек прекрасен в любом своем физическом состоянии. Наше дело помочь ему иметь хорошую одежду, удобную, комфортную, красивую.
И все-таки в девяностых, нулевых и сейчас отношение к телесности сильно различается…
Я поняла одно: если человек родился с жаждой движения и культурой тела, то он с ней так и живет. Это программно заложено – что в какой-то момент человек решает, он будет ходить пешком по километру каждый день. Я понимаю, что тело это сосуд, в котором душа, что это наш первый дом на Земле, что мы должны беречь его и ухаживать за ним. А есть люди, в которых заложена программа разрушения тела. И мы не можем никому сказать: вот ты должен так и никак иначе. Я стараюсь, чтобы жизнь людей была намного интереснее, легче за счет того, что они могут применять такой аргумент как одежда. Потому что одежда способна подарить потрясающую встречу или, наоборот, отнять возможность встретить того, кого ты должен встретить. А наша жизнь состоит из встреч. И одежда это код, которым ты все это передаешь. А вообще она для того, чтобы прикрыть тело. (Смеется).
Для меня тело другого человека священно. Я его никаким образом не обсуждаю внутри себя. Мы его просто измеряем и по размеру конструируем, – если это индивидуально.
Расскажите немного об одном вашем клиенте, а теперь деловом и творческом партнере, Диане Вишневой. Воплощением чего она для вас является?
Воплощением безумного трудолюбия, невероятной целеустремленности. Она, конечно, в плане профессии абсолютная звезда. Милая, умная, образованная, начитанная. Она очень гармоничная. У нее все хорошо и с телом, и с душой. Полный порядок.
Каким образом вы пришли к идее делать совместный проект?
Мы о нем давно говорили. Мы же делали линию Diana Vishneva by Parfionova for Grishko. Попробовали, посмотрели и решили, что должны эту линейку делать отдельно. У балерин все время есть потребность в репетиционных вещах – это ведь еще и хорошая одежда для дома, она комфортная. Там есть потрясающие комбинезоны, прекрасные платья. Они очень располагают к максимальному движению. Например, в этом комбинезоне можно сесть на шпагат, можно готовить, нянчить ребенка, ходить гулять…
В какую сторону вы хотите пойти дальше?
Мы не хотим в сторону, мы хотим идти прямо по своей дороге. (Смеется). Мы все время развиваемся. Мне нравится выражение «step by step». Или вы хотите какого-то гигантского скачка? Я не хочу.
Напротив, мне нравится, что Дом TATYANA PARFIONOVA довольно камерный, что у него есть своя среда обитания. И я не призываю лететь в космос…
Почему же? Мы уже летаем в космосе. Вы не видели блейзер на борту МКС? Мне заказало международное космическое агентство для турнира по гольфу на станции. Так что наш дом не камерный, наш дом масштабный…
Знаете, я вот что подумала о теле. Для меня живой человек состоит из тела и души. Поэтому, когда ты сталкиваешься только с телом и не думаешь о том, что человек чувствует, как он живет, то вещь, которую для него сделаешь, будет мертвая.
Февраль 5th, 2026 
raven000 
